Поделиться:
21 мая 2014 12:45

Статистика контрреволюции

Рецензия на книгу Руслана Гагкуева «Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники комплектования, социальный состав. 1917–1920 гг.» (М.: Посев, 2012. — 704 с. — 1000 экз.)

Р. Г. Гагкуев. Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники комплектования, социальный состав

На дворе сейчас 2014 год. Осталось всего три года до рубежной даты — столетия кровавых событий, похоронивших старую Россию и почти все, что в ней и у нее было. Осознаны ли те события в полной мере, сделаны ли из них выводы? Годовщина в очередной раз делает актуальными и давние вопросы, уже не раз поднимавшиеся: почему невиданный конвейер жертв, запущенный в 1917 году, все-таки удалось привести в движение и по каким причинам противники коммунистов не смогли помешать этому?

Книга историка Руслана Гагкуева рассказывает о том, что представляла собой Белая армия, пытавшаяся противостоять большевикам, а потом изгнанная и забытая, но оставшаяся верной России. Основой для публикации послужила докторская диссертация автора «Белое движение в России: социальный состав и источники комплектования белых армий (1917–1922 гг.)». В списке источников и литературы более пятисот названий, а структура работы соответствует принятым академическим стандартам: введение, обзор источников и литературы, авторская гипотеза и так далее. Кроме того, книга снабжена статистическими таблицами и именным указателем. В центре авторского внимания — Белое движение на Юге России. Историк стремится выяснить, как менялся состав Белых армий с ноября 1917-го по октябрь 1920 года, из кого они состояли, как комплектовались, какие этапы в своем развитии прошли.

В первый период, пришедшийся на конец 1917-го — начало 1918 годов, главным принципом, положенным в основу будущей армии, стало добровольчество, то есть чисто патриотический порыв. Первые, едва ли не партизанские, формирования будущей Белой армии действительно состояли исключительно из офицеров; но следует иметь в виду, что это были офицеры военного времени («офицеры-разночинцы»), являвшиеся выходцами из почти всех слоев российского общества. Офицерство составило ядро будущей военной силы. Вторым источником было казачество: на тот момент многие казаки еще не понимали, что принесет им новая рабоче-крестьянская власть, но инстинктивно уже не доверяли ей. Наконец, важнейшим резервуаром пополнения стала учащаяся молодежь, кадеты и юнкера.

Оскорбленные тем, что происходит со страной, и переживающие крушение всех оснований собственной жизни, эти люди начали прибывать на Дон в конце 1917 года. В январе–феврале 1918 года первые добровольцы, добиравшиеся до Ростова и Новочеркасска, записывались в формируемые белые части в обстановке полнейшей дезориентации и хаоса. Население в лучшем случае воспринимало будущих белых солдат с безразличием: участвовать в разгоравшемся конфликте никто не хотел. Пока из добровольцев составлялись первые полки, бывшие царские офицеры всех родов и видов войск в основном предпочитали жить обычной жизнью: кутили в ресторанах, ходили в кино, заседали в разнообразных комитетах. Командование Добровольческой армии в то время так и не решилось на мобилизацию, хотя регистрацию бывших царских военнослужащих провело. Приходившие на нее офицеры посмеивались над погонами и вообще внешним видом первых волонтеров, а прохожие на улицах весело шипели им вслед: «В солдатики играют!». Из сотен проходивших регистрацию в добровольцы записывались лишь десятки. Несмотря на то, что зарегистрировались 17 тысяч человек, боеспособная Белая армия в тот период так и не возникла. Когда читаешь эти страницы книги, в очередной раз поражает то, с какой скоростью в 1917 году личные стратегии взяли верх над общим делом: ведь могли — но не захотели.

Почти все первые добровольцы в 1918 году ушли в легендарный Ледяной поход, где в тяжелейших условиях маршировали, мерзли, дрались с первыми красноармейцами. Хотя у большевиков на тот момент армии как слаженного и вышколенного боевого организма тоже не имелось, на их стороне уже воевали многочисленные отряды революционеров, матросов, дезертиров. Первым белым добровольцам не раз удавалось, используя не столько число, сколько умение, одерживать победы над численно превосходившими их боевыми порядками революционеров.

Затем наступил второй период, весна и лето 1918 года, когда Добровольческая армия пыталась перейти к комплектованию по мобилизации. Появился у нее и новый источник пополнения: многочисленные военнопленные. Если в Ледяном походе пленных фактически не брали, то уже во Втором кубанском походе их начали брать сотнями и тысячами. Кроме того, со второй половины 1918 года в белые армии Юга России потянулись крестьяне: аграрная политика большевиков и их продовольственные планы отвратили от красных значительную часть сельского населения. Наконец, имелись в рядах Белой армии и представители пролетариата — рабочие и шахтеры, недовольные натурализацией заработной платы и массовой безработицей.

Следующий, 1919 год, стал, вероятно, важнейшим в истории Белого движения. Принцип регулярного комплектования армии в значительной мере удалось закрепить, а в конце 1918 года все белые войска были объединены в Вооруженные силы Юга России. Тогда же особую роль начали играть и запасные части, которые обеспечивали приток живой силы в сражавшуюся армию. При этом, разумеется, белые сталкивались и с серьезными проблемами, поскольку, несмотря на призывной порядок комплектования, их армия всегда отдавала приоритет добровольчеству, а это вызывало постоянный недокомплект. Со сбоями работал мобилизационный аппарат, не функционировала система борьбы с дезертирами, боевые ресурсы неоправданно распылялись, а тыл недостаточно помогал фронту.

Тем не менее именно летом и осенью 1919 года состоялось одно из главных событий гражданской войны: наступление Вооруженных сил Юга России на Москву. Новая, большевистская, власть впервые по-настоящему зашаталась. Однако по ряду причин эта операция, которая вполне могла увенчаться победой Белой армии во всей гражданской войне, завершилась провалом. К тому времени серьезно укрепилась Рабоче-крестьянская Красная армия: теперь это были уже не разрозненные отряды начала 1918 года — советская власть, используя сохранившиеся военные структуры старой армии, сумела создать эффективную систему пополнения собственных вооруженных сил и столь же действенную систему борьбы с дезертирством. Белогвардейцы в основном побеждали умением и сплоченностью, но силы были катастрофически неравными, а Красная армия и ее бойцы лишь закалялись и набирались опыта.

1920 год характеризовался вынужденной перестройкой принципов комплектования белых частей. Благодаря жесткости и энергии нового главнокомандующего, генерал-лейтенанта Петра Врангеля, отступившая в Крым армия была радикально реформирована. «Подчистили» тылы, произвели реорганизацию частей, укрепили значение централизованного принципа пополнения. Первейшим способом наращивания численности оказалась мобилизация; однако на тот момент из-за ограниченности людских ресурсов чуть ли не единственным источником пополнения стали пленные красноармейцы.

Интересны выводы автора относительно того, почему белые проиграли. Зачастую в качестве главного основания указывают либо на нерешенность аграрного вопроса, либо на их неготовность предрешить послереволюционную форму правления: мол, отвернулись от них простые люди, пошли за большевиками. Несомненно, в какой-то мере это правда, но лишь отчасти. Если бы нерешенность земельного вопроса была основной причиной поражения, то вряд ли понадобился бы пресловутый ленинский призыв 1919 года «Все на борьбу с Деникиным!», да и восстания в тылу большевиков едва ли имели бы место. Похожая ситуация складывалась и с политической программой белых, которая как общая позиция, разделяемая всеми, просто отсутствовала. Да, какую-то роль все это сыграло, однако главным фактором автор считает просчеты и ошибки в военном строительстве белых армий. Непродуманность военного строительства и мобилизационной политики, а также упорная ориентация на добровольчество резко контрастировали с тем, что делалось в РККА, опиравшейся на долговременное и регулярное построение армии, охватывающее огромные массы людей. Иным был и боевой дух: большевики были жестче, «горели» совсем другой идеей, не боялись обещать и не выполнять, имели большой опыт агитационной работы. Впоследствии они обеспечили себе и решающий перевес в ресурсах, позволяющий эффективно бороться с «контрреволюцией».

Книга представляет собой что-то вроде энциклопедии Белого движения, в ней подробно рассказывается обо всех основных формированиях Вооруженных сил Юга России, среди которых — казаки, партизаны, легендарные «цветные» части. Ее читатель может получить самые обстоятельные представления о том, чем являлись и как развивались белые силы Юга России. Однако в этой подробности кроется и недочет, для специалистов, впрочем, оборачивающийся «плюсом»: крайняя детальность и доскональность фактического материала. Проще говоря, неспециалист может почувствовать себя неуютно от предлагаемого автором массива статистических данных. Вместе с тем, автор грамотно компенсирует этот момент, вставляя в нужных местах меткие цитаты из воспоминаний современников, «раскрашивающие» сухие цифры.

Итак, перед нами еще одна книга, подталкивающая российское общество к осознанию собственной истории. Только вот хочет ли оно заниматься этой работой?

Источник: Неприкосновенный запас. 2014. №2 (94).